Часть 4.8 Страут

Вернуться к оглавлению

Когда я снова пришел в себя, я лежал на чем-то ровном и жестком. Приоткрыв глаза, я увидел свою келью в монастыре, слабо освещенную тусклой ночной лампой. За окном мерцали звезды. Я лежал в открытой криокапсуле, рядом на табурете стоял баллон с протокровью, трубка от которого тянулась к моей груди. У стола сидел и что-то читал брат Квиртан.
Значит, пилот сдержал свое слово и привез меня. Словно почувствовав мой взгляд, монах обернулся:
— С возвращением, Кай. Заставил ты нас поволноваться….
Квиртан проверил количество оставшейся протокрови в баллоне и поправил трубку:
— Ещё лежи.
— Долго меня не было? — Спросил я.
— Шестой день, кажется, минул, — сообщил монах, вновь принимаясь за чтение.
То есть, из моей памяти бесследно исчезли четверо местных суток. И все из-за этих серых плодов.
— А как насчет дронов? Их нашли? И кажется, у меня было устройство связи…
— Извини, я не посвящён в детали. На твои поиски отправляли Хаша…
— Мне надо рассказать Гетцону, о том, что я смог запомнить… Этот цветок. Он не цветок на самом деле…
— О чём это ты? — Полюбопытствовал старик, оторвав взгляд от книги.
— Я шел обследовать красный цветок, который убил Грюна, — начал рассказывать я, подробно описывая произошедее, пока не дошел до оранжереи.
Из коридора послышались шаги нескольких человек. Вскоре дверь распахнулась, и на пороге возник неизвестный мне военный: седовласый мужчина в сером полевом плаще, скрывавшим знаки различия. За ним в келью зашёл Гетцон со своим адьютантом. Мешки под глазами майора стали ещё более заметны, чем раньше, на лице его отражалась предельная  усталость. Без лишних предисловий неизвестный военный, указав на меня, обратился к майору:
— Этот? — В ответ Гетцон коротко кивнул.
Незнакомец встал между мной и источником света, так что я не мог разглядеть черты его лица, и властно потребовал от меня полного отчёта.
— Я вас не знаю, — тихо сказал я, — Кто вы?
— Бригадный генерал Страут. Теперь я командую операцией, если вы не в курсе. Можете начинать.
Я вновь повторил то, что только что говорил Квиртану, и продолжил рассказ тем, как раскачивался под куполом, и как тот рухнул, повредив пару из отправленных со мой  дронов.
— Вы делали это осознанно? Что по-вашему там произошло? — Перебил меня неизвестный, остальные присутствующие молчали.
— Нет… То есть не совсем. Полагаю, я находился под воздействием вещества, содержащегося в этих плодах. Последнее, что я помню, что меня очень раздражал свет фонарей дронов… Что со мной?
Генерал, по-видимому, проигнорировал вопрос. Квиртан же не стал делать каких-либо предположений, побоявшись оказаться не правым, но он взял меня за руку, как бы успокаивая.
— Что было дальше с цветком? Я помню, как он ушел под землю.
— О чём он? — Отвернул он голову к майору, ожидая услышать разъяснения.
— Инцидент с капралом, — прошептал тот ему на ухо. — Мы выжгли его в последнем рейде.
Посчитав, что услышанного для ответа на мой вопрос достаточно, генерал потребовал продолжить отчёт.
Я рассказал, как покалеченный мною цветок, дрожа и отплевываясь соком, скрылся в грунте, и как восстановилась поляна…
— Я, думаю, все уже поняли, — раздражённо перебил меня Страут. — Не зацикливайтесь на том, что уже уничтожено. Или у него в голове ещё не всё восстановилось? — Бросил он монаху-технику, от которого и не ждал ответа. — Давайте ближе к событиям пяти прошедших дней.
— А дальше я ничего не помню до прошедшего дня…
Я рассказал о том, в каком положении очнулся, о разговоре со странным стариком в драном плаще, о его угрозе и о том, как он отпустил меня и как мне удалось попасть на флаер.
— Вы божественный убийца. Для вас неприемлемо подобное поведение, — тоном нетерпящим возражений начал седовласый. — Либо это брак, либо у нас тут под боком оружие, делающее бесполезными и опасными для нас наших же убийц.
— Простите, сэр, — вступил в разговор прежде скромно молчавший Квиртан, — Я бы заметил брак раньше. У меня нет сомнений в том, что Кай не виноват в том, что произошло. Он стремился выполнить задание в любом состоянии. Дурманящие плоды повлияли на его химические процессы. Еще неизвестно, как они повлияют на обычных людей. К тому же то, что он сумел разузнать — бесценно для нас.
— Да вы что? — Даже не взглянув на монаха, генерал оспорил его слова. — Вы что же это, биовизирь? Может конструированием убийц занимаетесь здесь на досуге? Может, именно вы его и сделали?
— Нет, сэр, но до того, как отойти от мира, я был биотехником первого ранга, — торопливо, будто оправдываясь, проговорил монах. — Я много видел и налаживал божественных убийц…
— Тогда попрошу впредь в вопросы вне вашей компетенции не встревать, — довольно грубо перебил старика генерал.
Седовласый генерал отвернулся от меня, массируя переносицу, что-то обдумывал. Наконец, он вновь обратился к Квиртану:
— Он будет хоть на что-то способен? Или его можно закатать в ящик и отправить в ремонт?
— Будет, сэр. Нейронные связи должны востановиться окончательно.
— Вы готовы за это поручиться? — Тут же резко спросил генерал.
Монах кивнул, не выпуская моей руки, словно боялся, что я подниму ее на генерала. Больше ни говоря ни слова, седовласый повернулся и вышел. Гетцон, глядя на меня, колебался несколько секунд, прежде чем последовать его примеру. Когда мы вновь остались одни с Квиртаном, пожилой монах, наконец, отпустил мою руку и отключил трубки:
— Не знаю, восстановится ли твоя память о прошедших днях, но я больше не могу ничего сделать. Он набрал код на пульте и крышка опустилась.

Вернуться к оглавлению

Назад Часть 4.7 Часть 4.9 Вперёд