Часть 4.6 Сиреневый туман

Вернуться к оглавлению

Я приблизился к пролому в стене, где вчера приметил тень. Мои подозрения были подтверждены хорошо заметными следами на грязи. Обувь была на удивление добротная, в какой ходят в монастыре. Похоже, некто наблюдал за мной вчера через щель в стене. Следы вели вдоль завала и обрвались у растрескавшихся бетонных плит, с которых можно было подняться на этаж выше, где ветер сдул всю пыть и следов уже не было.
Оставив дронов настороже, я двинулся осматривать развалины. Очевидно, дренажная система в этом месте давно уже не работала, и район бывшего города сильно подтопило. Шоссе, некогда ведущее  в сторону центра, превратилось в широкий, но неглубокий ручей, по дну которого стелилась ярко-зеленая тина. Район малоэтажных развалин, постепенно сменялся полноценными многоэтажными рабочими бараками, тоже местами подтопленными. Кроме того, деревья, лианы и колючий кустарник так плотно сплелись, что продираться через них было бы немыслимой задечей даже для божественного убийцы. Я шёл по колено в зеленой воде, чувствуя, как зелёный подводный ковер мягко пружинит под ногами. Местами вода с шумом обрушивалась в провалы под землю -, возможно, в бывшую канализацию.
Насколько я мог судить, никаких следов человека здесь не было. По пути я заметил, что некоторые деревья покачивались без всякого ветра, в то время как их соседи стояли неподвижно. Над ушедшим под воду шоссе клубилась прорва мелких насекомых, издававших назойливый писк, практически заглушавший все остальные звуки, а между веток трепетали небольшие узорные паутины.
Отойдя немного в сторону, я понял, что след таинственного хозяина заточки уже «простыл».
Дроны шлепали за мной следом, держа на прицеле «берега» шоссе. Кое-где, покрытые толстыми подушками мха, на обочинах замерли машины, похожие на виденные мной раньше аэрокары. Растительность давно впилась цепкими корнями и в растрескавшуюся синтетическую обшивку, и даже в разъеденный ржавчиной металл.
В блуждании по джунглям прошла большая часть дня. Прогулка по погибшему городу не столько отвечала на вопросы, сколько порождала новые. Если в этих местах и жили какие-то люди, без сомнения они были очень опытны в преодолении множества трудностей и опасностей. Мои дроны за этот день трижды вязли в трясине. Мелкий дождь угомонил на время насекомых, но принёс с собой водорослей-паразитов, из-за которых на сочленениях дронов и моей одежде зазеленело.
Начинало темнеть, вскоре местное светило уйдёт за горизонт. Среди прочего я заметил примитивную, но очевидно рукотворную конструкцию, напоминающую небольшой подвесной мост, сплетенный из лиан между двумя корпусами зданий, стоявшими по разные стороны затопленной дороги.
Дроны зажгли фонари. Я поднялся на этот плетеный мост, который начал угрожающе потрескивать под моим весом. Но  лианы были сплетены крепко, продолжая расти. А, может, это уже нарастало следующее поколение — определить возраст сооружения не удавалось.
Мост заканчивался перед широким окном высотного здания.В полутьме было не разобрать, что здесь было раньше, под ногами то и дело хрустели стёкла и камни, шуршала опавшая листва. Когда я вышел к брезжущему свету впереди, то увидел цветы. Оранжерея освещалась закатными лучами через разбитые стеклянные своды. Огромный овальный зал ниже был полностью занят аккуратными кустами и деревьями. По кругу верхнего яруса, где я находился, в кучках перегноя, уложенного прямо на стеклобетон, произрастали самые разнообразные цветы. Без сомнения чья-то рука приложила к этому дело. Но как давно? Вокруг не было и намёка на присутствие человека. Не было и звуков, кроме шелеста листвы и неспешного течения воды по желобам. Не было и запахов, которыми были так насыщены катакомбы людей на плотине. Ни огня, ни лежанки — ничего, что необходимо для жизни.
Единственное, что представляло здесь хоть какой-то интерес — это сами растения. До сего момента мне почти ни одно из них не попадалось на глаза в окружающих джунглях. Это выглядело как неивестно кем собранная коллекция редкостей. На некоторых деревьях наливались сочные, ни разу не виденные мной доселе плоды —  довольно тяжёлые, клонящие ветви к земле, на других — набирали цвет ягоды, с третьих плоды уже опадали, теряясь среди мелких сорняков, основательно расплодившихся во множестве.
Дроны, пересекшие ручей вброд, сдедовали на некотором расстоянии за мной, привлекая светом своих фонарей насекомых. Растения в оранжерее выглядели совершенно безопасными. Я срывал некоторые из плодов, чтобы рассмотреть получше, разрезал их своим лезвием, но не нашел ничего, кроме сочной мякоти и семечек. Обычные плоды, наверное, вполне пригодные в пищу. Однако были среди них и куда более странные образцы, так один просто испустил какое-то вонючее облачко, едва я надрезал его хрупкую скорлупообразную кожуру. На какое-то облако окутало моё лицо серый туман исказил очертания предметов, и вдруг в наступающих сумерках мне привиделся свет: трудно ловимый и вместе с тем яркий, словно передивающийся тысячами оттенков… Я давно не видел мир таким: вокруг каждого листа, даже мельчайшей былинки сверкало цветное сияние. Я посмотрел на свои руки — они при движении оставляли в воздухе сверкющий след, постепенно осыпающийся мириадами искр…  Я сорвал еще несколько плодов, и раздавил в руках один за другим, наслаждаясь фонтанами радужного дыма, вытекающего из-под моих пальцев.
Кружась и пританцовывая, я прошел оранжерею насквозь, и оказался перед дверями, ведущими некогда в другие помещения здания. Где-то внизу, наверное, давным-давно был номальный вход, но доступ к тому этажу был перекрыт зарослями плюща, который медленно, но весьма успешно крошил всё, куда добирались его цепкие корни. Сложно представить, что было здесь раньше, в большей части помещений царил давнишний хаос — пришедшая в негодность мебель и электроника напополам с растениями, казалось, все эти годы только и видели здешние стены. Верхние этажи выглядели уже опаснее, обещая обвалиться под гнётом зелёной тирании.
Я покачал головой, и мне показалось, что перекрытия бывшего когда-то застеклённым холла закружились. Я взмахнул рукой, любуясь оставляемым ею в воздухе радужным следом, и выстрелил лезвием вверх. Скоба устремилась в вечереющее небо и уцепилась за перекрытие.
— Иии-эх! — неожиданно для себя самого воскликнул я, и, слегка подтянувшись, начал раскачиваться на тросе, иногда цепляясь ногами за верхушки оранжерейных растений. Я извивался всем телом, увеличивая амплитуду, и вскоре смог уже отталкиваться ногами от стен. Правда, это не всегда получалось, потому что иногда я подлетал к стене задом или боком… Дроны толпились внизу. Иногда я пролетал через лучи их фонарей, и они невозможно слепили меня.
— Выключите свет, болваны! — Крикнул я вниз, и еще раз оттолкнувшись от стены, сделал в воздухе сальто.

Коллаж RJess

Коллаж RJess

Перекрытие не выдержало, и я свалился на пол, в самый центр оранжереи, на кучу перегноя и прелых листьев. Через мгновение обрушились остатки купола, засыпая нас осколками стекла. Краем глаза я увидел, что пара дронов, на которые приземлился большой кусок металлического швеллера, выведены из строя. Другие приняли оборонительную стойку и начали пятиться от обрушений.
— Убийца, приём, — ожило переговорное устройство. — Отзовись.
— Я тут.
— Вы собираетесь возвращаться? — Продолжил пилот. — Это нужно делать сейчас. Через стандартный час стемнеет, и я не смогу вернуться до утра. Ночные вылеты запрещены майором. Приём.
— Вечернее небо прекрасно, особенно после того, как упала крыша. Не знаю, зачем мне возвращаться…
— С тобой всё в порядке?.. — Озадаченно прозвучал голос с того конца.
…Звезды вечерней слабый свет
Идет к нам много тысяч лет…
Я тут останусь навсегда,
Пусть на меня глядит звезда…
И в желобе журчит вода…
Я не был счастлив никогда…
Пилот, похоже, решил для себя, что дело плохо, так как перестал выходить на связь.
Я видел, что со стороны того самого деревца, на котором росли «дымовые» плоды, распространяется густое облако — видимо, падающий купол сбил с него много спелых плодов — постепенно накрывающее оранжерею, и погружающиеся в ночную тьму развалины вспыхивали новыми и новыми красками. Мир вокруг меня кружился, изменял свои очертания и сплетался в неверотный узор. Я парил в невесомости, и перед глазами у меня разворачивались спирали галактик…

Вернуться к оглавлению

Назад Часть 4.5 Часть 4.7 Вперёд