Древние бруннен-джи: смерть и возрождение

 Автор: Dennis G. Valdron «Darrow»; перевод Yulia Skaylin

Размышляя о палатах памяти на древнем Бруннисе, я задался вопросом — Какой цели служила такая, казалось бы, неоправданно мучительная смерть во время брунненджийского “взрыва жизни”? Зачем были нужны катакомбы памяти, и почему их не было на Бруннисе-2?

Вряд ли я смогу полностью ответить на эти вопросы. Но у меня есть теория.

Я считаю, что бруннен-джи пытались воспроизвести на основе своих технологий способность насекомых передавать их сущность, или душу. Они преуспели лишь частично, но построили вокруг незрелой технологии культ.

Насекомые, по словам Мантрида, могли передавать свою сущность от одной особи к другой. И Тень, и Мантрид в том эпизоде утверждают, что сущность насекомого — это его жизненная сила, эквивалент человеческой души.

Насекомое во флэшбеке в эпизоде “Мантрид” рассказывает, что его сущность вселилась в человека. Мы знаем, что сущность была способна перемещаться из одного человеческого носителя в другого — это можно наблюдать в “Я служу Его Тени”, “Гигатени” и “Мантриде”.

В “Я служу Его Тени” мы видим, как Его Тень убивает Кая и забирает его память в момент его смерти. Она выглядит, как туманный поток образов, направленный от умирающего к носителю насекомой сущности. Такое явление мы можем наблюдать еще два раза, когда Кай уничтожает Божественных Предков.

Мы знаем от Предков, что они забрали память тысяч людей, убитых ими. Это способность, свойственная только носителям сущности, о других обладателях этого навыка нам не известно. Вероятно, она присуща насекомым и родственна той способности, что позволяет сущности перемещаться между носителями.

Когда брунненджийская машина для “взрыва жизни” разрезает Кая напополам, происходит нечто похожее. В этом случае жизненная сущность, или поток памяти сохраняется на компакт-диске.

Машина для “взрыва жизни”, возможно, убивает человека именно таким ужасающим  образом, чтобы в момент смерти, когда эмоции на пике, сохранить его душу вместе с шаблоном тела.

Отметим, что разрезанный Кай остается неподвижным, пока свет от Голубой звезды не касается диска с его жизненной сущностью и, очевидно, не позволяет ей вернуться назад в тело.

Это сходство предполагает, что бруннен-джи пытались воспроизвести способность насекомых передавать сущность. Однако, Мантрид говорит об этой способности: “то, чем мы, люди, так и не смогли овладеть”.

Очевидно, у Мантрида не могло быть знаний о насекомых, происходящих из непосредственного контакта с ними. Его знания, должно быть, происходили из древних источников. Возможно, даже из брунненджийских источников. Формулировка его фразы предполагает, что когда-то в прошлом людьми была сделана попытка воспроизвести эту способность насекомых. Попытка, которая так и не увенчались успехом.

Интересно, что Мантрид построил машину, чтобы перенести в нее свою душу, или память, или жизненную сущность, в момент смерти. Кажется, здесь цели Мантрида схожи с теми, что преследовала брунненджийская технология “взрыва жизни”.

Но машина Мантрида несовершенна, поскольку для функционирования ей нужен орган насекомого, который оно использует для передачи сущности.

Вероятно, технология бруннен-джи требовала страшной и мучительной смерти, поскольку для ее работы нужен был эмоциональный “взрыв”, чтобы усилить энергию жизни до того уровня, который позволил бы ее сохранить.

Важное отличие от машины Мантрида здесь в том, что результаты работы брунненджийской технологии можно было лишь хранить. Цель устройства, созданного биовизирем — позволить его сознанию функционировать, “жить” внутри машины.

Отсюда я начну строить предположения.

Что если бруннен-джи искали бессмертия?

Что, если в своих исследованиях они стремились воспроизвести способность насекомых к передаче души/памяти/жизненной силы в новое тело? Если бы они могли это сделать, им бы больше не пришлось бояться смерти. Вместо этого, они могли бы жить вечно, сменяя одно здоровое молодое тело на другое. Можно было бы даже выбрать пол. Стать высоким или низким, худым или накачанным, белым или черным. Этот путь сулил физическое совершенство и неограниченные возможности.

Я думаю, практически не остается сомнений, что они к этому стремились.

Поскольку Мантрид почерпнул информацию из старых источников, мы можем предположить, что были ученые, которые занимались исследованиями в этой области. Мы также знаем из “Бригадума”, что бруннен-джи искали бессмертия и достигли его после того, как оставили Бруннис. Вероятно, они стремились к нему и до того, как покинули родную планету.

Механизм “Взрыва жизни” наводит, как было замечено ранее, на мысли о способностях насекомых. Эта технология уже существовала во времена войн насекомых, поскольку Стэн находит сохраненную запись памяти человека того времени.

Мы точно знаем, что бруннен-джи были вовлечены в войну с насекомыми. И корабль-оса Кая наводит на мысль, что они пытались использовать или изменить под себя технологии насекомых, а возможно, и адаптировать насекомых к своим технологиям.

И мы также знаем от Мантрида, что попытки воспроизвести такую заманчивую способность их злейшего врага успехом не увенчались.

Представим, что бруннен-джи искали бессмертия. Что они старались научиться передавать жизненную сущность, как это делали насекомые, и их усилия увенчались успехом, но лишь частично. Они научились извлекать и сохранять сознание, но не перемещать его в новое тело…

Все это только предположения, но, на мой взгляд, резонные. А сейчас я ступлю на зыбкую почву…

Предположим, они достигли этого промежуточного пункта на пути к бессмертию. Что бы они стали делать?

Вероятно, у людей есть современный эквивалент. Крионика. Сейчас мы умеем замораживать людей, но не умеем оживлять их после этого. Возможно, мы никогда этому не научимся. Но, согласно современному фольклору, уже сейчас существуют организации, замораживающие тела людей в момент смерти в надежде на оживление когда-то в далеком будущем, когда появятся соответствующие технологии.

Возможно, бруннен-джи делали то же самое. Они наполовину овладели технологией, которая дала бы им бессмертие, сделав их подобными божествам.

Возможно, эти диски — все, что осталось от бруннен-джи, которые прошли через “взрыв жизни” в надежде, что в близком или далеком будущем технология перемещения сознания в новое тело станет доступна их потомкам и они смогут возродиться и стать бессмертными.

Вероятно, древние бруннен-джи значительно больше верили в возрождение после “взрыва жизни”, чем мы в успехи крионики. Они убедились, что для насекомых это было реальностью, и уже смогли воспроизвести половину процесса. Возможно, бруннен-джи казалось, что это неизбежно и является лишь вопросом времени.

При наличии перспективы возрождения и бессмертия в итоге даже пугающая процедура “взрыва жизни” может показаться оправданной.

Конечно, процесс передачи сущности полностью так и не был воссоздан. Никто из бруннен-джи так и не возродился. Можно себе представить, как время шло, а прорыв так и не приближался, и энтузиазм в обществе постепенно сходил на нет.

Однако, можно предположить, что ни исследования, ни процесс “взрыва жизни” не были забыты окончательно. Люди, которые участвовали во “взрыве жизни”, могли создавать трастовые фонды, чтобы финансировать продолжение исследований. Также они, вероятно, делали взнос в соответствующую организацию, чтобы обеспечить свое перерождение и существование первое время после него.

Короче говоря, если “взрыв жизни” в один момент получил широкую популярность, он практически неизбежно должен был превратиться в длительно существующий социальный институт. Сама идея “Взрыва жизни” и последующего возрождения предполагала наличие долгоживущей инфраструктуры. Поэтому в нее, вероятно, были вложены существенные ресурсы.

В дополнение к этому, никуда не девшаяся, хоть и ставшая более туманной перспектива бессмертия могла обеспечить “Взрыву жизни” хоть небольшой, но постоянный приток клиентов даже после того, как изначальный энтузиазм угас.

В конечном счете, надежда на возрождение могла стать неясной, теоретической. Но почти каждая современная религия делает бизнес на обещаниях бессмертия, имеющих под собой еще меньше фактических оснований.

Юридически реализация “взрыва жизни” могла быть непростой. Например, если на диске находился бруннен-джи, ждущий перерождения, каким был его правовой статус? Ожидающий? На отдыхе? Что бы произошло, если кто-то бы уничтожил один из них? Было ли бы это убийством? Что, если бы кто-то изменил содержимое? Частично удалил? Хранил бы в ненадежном месте? Увез бы с планеты? Неверно внес в систему учета? Потерял? Бруннен-джи, по крайней мере некоторые из них, могли отнестись к этому очень серьезно и воспользоваться своими прижизненными финансовыми, юридическими и гражданскими правами и возможностями, чтобы обеспечить свою безопасность до возрождения.

После того, как процесс запустился, избавиться от инфраструктуры “взрыва жизни” могло стать юридически затруднительно, даже если бруннен-джи осознавали, что надежды на возрождение больше нет. Любой научный аргумент в пользу того, что это невыполнимо, всегда бы проиграл формальному аргументу о том, что однажды может появиться новая, ныне неизвестная технология. “Взрыв жизни”, вероятно, был неприкосновенен. Он мог продолжать существовать, формально и как общественный институт, еще долгое время после того, как последние надежды на возможность перерождения развеялись.Вполне возможно, что содержимое Катакомб Памяти не забрали на Бруннис-2, потому что юридически устройство “Взрыва жизни” было настолько не подвержено изменениям, что не было легального пути забрать сохраненное с планеты.

А возможно, бруннен-джи взяли копии с собой. Кто знает.

А может быть, к моменту, когда пришлось покинуть планету, вся инфраструктура “Взрыва жизни” превратилась в неудобный, но неизбежный нарост на теле брунненджийского социума, остатки культа безумцев из прошлого, которые переселенцы были рады оставить позади. Поэт недобро отзывался о происходящем в Катакомбах, и, по его задумке, “Взрыв жизни” должен был стать ловушкой. Это предполагает, что он был крупно дискредитирован в его глазах, а возможно, и в глазах других бруннен-джи его времени.

В любом случае, бруннен-джи покинули Бруннис и через некоторое время достигли бессмертия другим путем. Если к тому времени и оставался интерес ко “Взрыву Жизни”, после этого им можно было окончательно пренебречь. Возможно, именно поэтому Каю было непросто распознать его. К его времени “Взрыв жизни” мог быть забыт, как скромное примечание, неловкий тупик на пути поиска бессмертия.

Вероятно, Мантрид и Брайзон, видя бесперспективность давних исследований, сосредоточились не на попытках переместить запечатленную память/душу/сущность в новое тело, а на создании машины, которая бы позволила сознанию продолжать существовать, вести некий аналог жизни.

Оригинал — Death and Resurrection Among the Archaic Brunnen-G

© 2000 Darrow